В атмосфере

В атмосфере начинающегося общественного подъема стал оживать и нелегальный аппарат партии. «Нелегальные ячейки» стали выходить из состояния политического небытия и находить отклик не только в наново революционизирующихся слоях интеллигенции, но и в известных кругах радикально настроенной крупной буржуазии, которой резко антиправительственная политическая агитация большевизма импонировала больше, чем осторожная и политически все более «реформистская» работа «ликвидаторов» по строительству рабочих организаций.
Но, к изумлению «ликвидаторов», «неурезанные лозунги» начали находить все более сочувственный отклик и в пробуждающихся рабочих массах — правда, не столько своим демократически-республиканским содержанием, которое в создавшихся условиях и для самих большевиков все больше становилось лишь средством обличения «предательства» либеральной, кадетской буржуазии и «соглашательства» меньшевиков, сколько выраженною в них готовностью поддерживать в «неурезанном» виде все экономические и социальные требования масс, борьбу за которые «ликвидаторы» «пытались вводить в рамки тех форм и методов, до которых долгим опытом доработалось в совершенно иных условиях профессиональное движение Западной Европы, — незаметно переходя, таким образом, от марксистской «европеизации» теории русского социализма к противоречащему этой теории и в условиях тогдашней России неосуществимому стремлению «европеизировать» и его тактику.