Разумеется

Разумеется, Казимирский считал приговор суда первой инстанции вполне законным.

— Я считаю, что здесь идет речь не столько об оскорблении отдельной личности, сколько о чести и авторитете суда, — заявил он. — Если преступник, совершивший уголовное преступление, подпадает под статью о помиловании, то, независимо от того, нравится это кому-то или не нравится, никто не имеет права заниматься самосудом. Полагаю, что решение суда надо оставить в силе.

Я несколько смутился. Как объяснить этому «законнику», что закон законом, а революционная юстиция не может посадить за решетку и присудить к крупному денежному штрафу Рухимовича, который, рискуя своей жизнью, боролся и страдал за дело революции, и присудить только за то, что он, поддавшись чувству законного возмущения, отвесил две оплеухи мерзавцу-контрреволюционеру, который, будучи белым офицером, издевался над многими нашими товарищами, попавшими к нему в лапы.

Тут во мне нарушилось равновесие между коммунистическим сознанием и законом в пользу первого.