Одно из двух

Одно из двух. Или мы, молдаване из Бессарабии, являемся румынами как и наши запрутские братья и братья из Буковины, или же они являются молдаванами как мы. И в одном и в другом случае мы являемся единым народом, а именно — все мы румыны».

G 24 января 1918 г., дня годовщины объединения Дунайских княжеств и образования румынского государства, а также принятия Декларации о независимости Молдавской республики, газета «Ардялул», издававшаяся в Кишиневе румынским беженцем из Трансильвании проф. Онисифором Гибу, стала выходить под новым названием — «Ромыния ноуэ» («Новая Румыния»). Сообщая о выходе первого номера этой газеты, «Кувынт Молдовенеск» писала, что она «ставит задачу проповедовать объединение всех румын в едином государстве… Возглавлять газету будет комитет из румын — выходцев из всех стран проживания нашего народа».

Реализация этой задачи упиралась в решение целого ряда чрезвычайно сложных внутренних и внешних проблем. Для принятия решения о присоединении к Румынии руководители Сфатул Цэрий нуждались в международном признании выхода Молдавской республики из состава России и получении статуса самостоятельного независимого государства. 11(24) февраля 1918 г. через румынскую радиостанцию правительствам Германии и Австро-Венгрии был передан документ за подписями Д. Чугуряну и И. Пеливана, в котором эти правительства извещались о том, что 24 января (по старому стилю) Молдавская республика, ранее объявившая о вхождении в состав Российской федерации, решением Сфатул Цэрий провозгласила свою независимость.

Лидеры Сфатул Цэрий настоятельно просили «принять к сведению эту Декларацию и признать существование Молдавской республики как национального независимого государства, абсолютно суверенного». Далее в ноте говорилось, что «правительство Молдавской республики желает участвовать в мирных переговорах с Центральными державами вместе с петроградским и киевским правительствами и 5 января 1918 г. уже направляло представителей в Брест-Литовск», но «максималисты» (т. е. большевики — ИМ.) воспрепятствовали им и они «не могли покинуть территорию Молдавской республики».