Говорить о мощном противодействии

Говорить о мощном противодействии об’единенной Европы—американской политике, проводимой в свое время Вильсоном, конечно, не приходится, ибо отвлеченное противопоставление Европы и Америки не получает никакого принципиального оправдания в конкретном анализе международно-политических отношений, если их рассматривать в исторической перспективе. В эпоху подготовки Версальского договора лишь одна Германия ориентировалась на американскую программу: это казалось лучшим выбором при наличии программы французского империализма. Но Германия, как политическая сила, в расчет не принималась, а назревшие противоречия в стане самой Антанты расшатали американскую программу.

Американская политика оставалась или изолированной перед англо-французским об’единением, или в вопросах, вскрывавших англо-французское соперничество, должна была примкнуть на основе некоторого компромисса к той или иной стороне. В таких условиях компромисс часто означал утверждение внешней конструкции вильсоновской программы при полном или частичном исчезновении политического содержания или подмены его об’ективного значения. Этому способствовало то, что вильсонистская программа американского финансового капитала стала терять опору среди влиятельных групп промышленного капитала, потянувших за собой широкие круги американского общества. Внешним образом это выразилось в возрождении республиканской партией старой интерпретации доктрины Монро и в переходе к политике самоизоляции.

Стержень вильоонистской программы, — вопрос о Лиге Наций, об’ективно выражающий стремления американского финансового капитала к установлению своего контроля в Европе, — практически был переключен в плоскость англо-французских интересов и в то же время был выброшен новыми американскими силами, повернувшими политику в русло традиционной ориентации на внутренний рынок, на Центральную и Южную Америку и, наконец, на Восточную Азию. В результате, как известно, Соединенные Штаты Версальский договор не ратифицировали, а вместо него, 25 августа 1921 г., в Берлине был подписан мирный договор с Германией, по которому Соединенные Штаты получали все права и преимущества, вытекающие из Версальского договораАмерика, путем сепаратного юридического акта, получала, таким образом, возможность использовать в своих интересах условия Версальского договора.