эволюция

Но эта эволюция была еще делом будущего. Сейчас же, в условиях самодержавия, еще сохраняющего в неприкосновенности режим несвободы и располагающего мощным аппаратом репрессии, но уже расшатываемого все более сильными ударами революционного движения, специфический психологический облик и начинающаяся поляризация политической мысли обеих фракций нашли себе характерное выражение в тех политических проблемах, которые каждая из них поставила в центр своего внимания.
Для большевизма такою центральной проблемой начало все больше становиться обеспечение за социал-демократией руководящей роли в подготовке того «всенародного вооруженного восстания», которое должно было быть последним, кульминационным актом всенародного, общедемократического натиска на крепость самодержавия; для меньшевизма — использование всех создаваемых расшаткой самодержавия возможностей для формирования политически высококвалифицированного рабочего авангарда, который был бы способен перенять из рук «революционной интеллигенции» политическое руководство пролетариатом и тем обеспечить его классовые интересы в ходе всенародного наступления и конечной атаки на царизм.

Но ставя в центр своего внимания столь различные политические проблемы, и большевизм, и меньшевизм одинаково, хотя и с разных концов, еще раз возвращали мысль социал-демократии все к тому же основному вопросу ее политического бытия — вопросу об ее роли в буржуазно-капиталистической революции, какою продолжали признавать грядущую русскую революцию обе фракции. Пришлось, таким образом, еще раз подвергнуть критическому пересмотру проблему той «гегемонии», которая, казалось, так счастливо разрешала этот жгучий вопрос и для осуществления которой требовалось лишь расширение содержания социал-демократической агитации темами «общенационального» масштаба и несение этой агитации «во все классы населения». Теперь этого простого разрешения проблемы оказывалось недостаточно. Вопрос о формах и содержании «гегемонии» требовал нового ответа. И каждая из формирующихся фракций дала по-своему этот ответ, делая тем самым еще более определенным политический водораздел между большевизмом и меньшевизмом.